Аберрантное поведение это
Lechenienarkomanii-tomsk.ru

Вредные привычки

Аберрантное поведение это

Блог по ЭКГ

Это мой конспект по ЭКГ. Стараюсь описывать здесь интересные случаи и наблюдения, которые плохо описаны в пособиях по ЭКГ, а также привожу результаты недавних исследований, связанных с ЭКГ. Сайт не является пособием по изучению основ, дублировать содержимое учебников, считаю, смысла нет. Вопросы и пожелания на ящик: kuvilkin@gmail.com

Блог по ЭКГ

пятница, 24 июня 2016 г.

Аберрантное проведение на желудочки

  • Блокада III фазы происходит из-за патологически удлиненного относительного рефрактерного периода или при очень большой частоте стимуляции.
  • Аберрация III фазы.
    • Возникновение блокады левой ножки пучка Гиса при увеличении ЧСС встречается редко и почти всегда связано с ишемией миокарда.
    • Появление полной блокады ЛНПГ при ЧСС ≥ 125 уд/мин в значительной мере связано с нормальными коронарными артериями.

    Блокада IV фазы.

    Эта форма аберрации связана с постепенной потерей трансмембранного потенциала покоя в течение длительной диастолы с возбуждением при менее отрицательном пороговом потенциале. Во время долгой паузы волокна системы Гиса-Пуркинье начинают спонтанно деполяризоваться в стремлении достичь порогового потенциала. К тому времени, как запоздавший синусовый импульс достигает желудочков, волокна Гиса-Пуркинье имеют достаточно отрицательный негативный для распространения.

    Потенциал действия. Спонтанная диастолическая деполяризация.

    Блокада IV фазы встречается редко и связана с органическим поражением сердца.
    Блокада IV фазы может случится при выполнении одного или нескольких условий:

    1. наличие медленной диастолической деполяризации, которая не обязательно будет повышенной
    2. смещение порогового потенциала к нулю
    3. гипополяризация мембраны — снижение максимального диастолического потенциала (возникает при гипертермии, применении симпатотоников, гипоксии, ацидозе, ишемии миокарда, дилатации полостей, электролитных нарушениях).

    Блокада правой ножки пучка Гиса на фоне синусового ритма может исчезать при пробе с гипервентиляцией, вызывающей увеличение частоты ритма и вновь появиться при массаже каротидного синуса, вызывающего брадикардию (бради-зависимая блокада ПНПГ).

    Аберрация IV фазы .

    Хотя большинство наджелудочковых экстрасистол проводятся на желудочки нормально (с узкими комплексами QRS), это происходит не всегда. Вместо этого, в зависимости от того, насколько рано экстрасистолы пришли в сердечный цикл, они могут либо заблокироваться (блокированные наджелудочковые экстрасистолы, за счет попадания в абсолютный рефрактерный период АВ-узла или обеих ножек пучка Гиса), либо частично провестись на одну из ножек пучка Гиса.

    • Длительность рефрактерного периода зависит от частоты сердечных сокращений.
    • Длительность потенциала действия, а значит и рефрактерного периода зависит интервала R-R предыдущего цикла (короткий потенциал действия связан с коротким предшествующим R-R, длительный потенциал действия связан с длинным предшествующим R-R).
    • Если короткий цикл R-R следует за длительным циклом R-R, происходит аберрация проведения.
    • Паттерн блокады ПНПГ является более распространенным, чем паттерн блокады ЛНПГ из-за чем большей длительности рефрактерного периода правой ножки пучка Гиса.

    1

    Различия в рефрактерных периодах ножек пучка Гиса.
    Феномен Ашмана «длинный цикл — короткий цикл»

    Критическая частота проведения ножки пучка Гиса.

    Определяется как частота ритма, при которой блокада ножки пучка Гиса развивается во время ускорения или исчезает во время замедления ритма (подобие точки Венкебаха для АВ-проведения).

    При быстром ритме рефрактерные периоды в ножках пучка Гиса укорачиваются и восстановление нормальной проводимости происходит при бОльшей частоте, чем при которой появилась блокада.

    Блог по ЭКГ

    Это мой конспект по ЭКГ. Стараюсь описывать здесь интересные случаи и наблюдения, которые плохо описаны в пособиях по ЭКГ, а также привожу результаты недавних исследований, связанных с ЭКГ. Сайт не является пособием по изучению основ, дублировать содержимое учебников, считаю, смысла нет. Вопросы и пожелания на ящик: kuvilkin@gmail.com

    Блог по ЭКГ

    пятница, 24 июня 2016 г.

    Аберрантное проведение на желудочки

  • Блокада III фазы происходит из-за патологически удлиненного относительного рефрактерного периода или при очень большой частоте стимуляции.
  • Аберрация III фазы.
    • Возникновение блокады левой ножки пучка Гиса при увеличении ЧСС встречается редко и почти всегда связано с ишемией миокарда.
    • Появление полной блокады ЛНПГ при ЧСС ≥ 125 уд/мин в значительной мере связано с нормальными коронарными артериями.

    Блокада IV фазы.

    Эта форма аберрации связана с постепенной потерей трансмембранного потенциала покоя в течение длительной диастолы с возбуждением при менее отрицательном пороговом потенциале. Во время долгой паузы волокна системы Гиса-Пуркинье начинают спонтанно деполяризоваться в стремлении достичь порогового потенциала. К тому времени, как запоздавший синусовый импульс достигает желудочков, волокна Гиса-Пуркинье имеют достаточно отрицательный негативный для распространения.

    Потенциал действия. Спонтанная диастолическая деполяризация.

    Блокада IV фазы встречается редко и связана с органическим поражением сердца.
    Блокада IV фазы может случится при выполнении одного или нескольких условий:

    1. наличие медленной диастолической деполяризации, которая не обязательно будет повышенной
    2. смещение порогового потенциала к нулю
    3. гипополяризация мембраны — снижение максимального диастолического потенциала (возникает при гипертермии, применении симпатотоников, гипоксии, ацидозе, ишемии миокарда, дилатации полостей, электролитных нарушениях).

    Блокада правой ножки пучка Гиса на фоне синусового ритма может исчезать при пробе с гипервентиляцией, вызывающей увеличение частоты ритма и вновь появиться при массаже каротидного синуса, вызывающего брадикардию (бради-зависимая блокада ПНПГ).

    Аберрация IV фазы .

    Хотя большинство наджелудочковых экстрасистол проводятся на желудочки нормально (с узкими комплексами QRS), это происходит не всегда. Вместо этого, в зависимости от того, насколько рано экстрасистолы пришли в сердечный цикл, они могут либо заблокироваться (блокированные наджелудочковые экстрасистолы, за счет попадания в абсолютный рефрактерный период АВ-узла или обеих ножек пучка Гиса), либо частично провестись на одну из ножек пучка Гиса.

    • Длительность рефрактерного периода зависит от частоты сердечных сокращений.
    • Длительность потенциала действия, а значит и рефрактерного периода зависит интервала R-R предыдущего цикла (короткий потенциал действия связан с коротким предшествующим R-R, длительный потенциал действия связан с длинным предшествующим R-R).
    • Если короткий цикл R-R следует за длительным циклом R-R, происходит аберрация проведения.
    • Паттерн блокады ПНПГ является более распространенным, чем паттерн блокады ЛНПГ из-за чем большей длительности рефрактерного периода правой ножки пучка Гиса.

    1

    Различия в рефрактерных периодах ножек пучка Гиса.
    Феномен Ашмана «длинный цикл — короткий цикл»

    Критическая частота проведения ножки пучка Гиса.

    Определяется как частота ритма, при которой блокада ножки пучка Гиса развивается во время ускорения или исчезает во время замедления ритма (подобие точки Венкебаха для АВ-проведения).

    При быстром ритме рефрактерные периоды в ножках пучка Гиса укорачиваются и восстановление нормальной проводимости происходит при бОльшей частоте, чем при которой появилась блокада.

    Электрокардиографические признаки аберрантной проводимости желудочков

    1. Форма QRS сходна с формой при блокаде правой ножки. Физиологи­чески рефрактерный период правой ножки длиннее, чем левой. Ввиду этого комплексы QRS в 75—85% случаев аберрантной проводимости желудочков имеют форму, сходную с формой при блокаде правой ножки с rSR’ -конфигура­цией в отведении V1, и qRS -форму при R/S>1 в отведении V6. Желудочковый комплекс может быть сильно отклоненным влево ввиду аберрантной проводи­мости передней ветви левой ножки. В редких случаях аберрантная проводи­мость желудочков может иметь комплексы QRS, форма которых подобна фор­ме блокады левой ножки

    2. Начальная часть комплекса QRS (начальные QRS -векторы) при желу­дочковой аберрации направлена в ту же сторону, что и при нормальной про­водимости

    3. Нередко наблюдаются изменения в степени аберрации, при которых вид­ны переходы от почти нормальных, слегка деформированных желудочковых комплексов до сильно уширенных и патологических

    4. Наличие предсердной активности, при которой предсердная волна пред­шествует каждому аберрантному сокращению и находится с ним в закономер­ной связи. Таким соотношением между предсердной и желудочковой активно­стью доказывается наджелудочковый генез деформированного комплекса QRS

    5. Отсутствует фиксированная связь с предшествующим сокращением. Про­должительность интервала между аберрантным сокращением и предшеству­ющим сокращением непостоянна и чаще всего он бывает короче интервала меж­ду неаберрантными сокращениями в данном случае

    6. Последовательность предшествующих желудочковых циклов. Аберрантное сокращение часто наступает после короткого интервала R—R, которому пред­шествует длинный интервал R—R. Такая последовательность чередования длинных—коротких предшествующих интервалов R—R называется феноменом Ашмана и часто наблюдается при мерцательной аритмии

    Читать еще:  Пропал сон что делать как победить бессонницу

    7. Послеаберрантная пауза. За аберрантными сокращениями обычно на­ступает некомпенсаторная пауза. При мерцательной аритмии, как правило, нет значительной паузы после сокращений с желудочковой аберрацией

    8. При наличии групп, состоящих из двух следущих одно за другим абер­рантных сокращений, интервалы R—R между ними различны в отдельных па­рах аберрантных сокращений

    Предсердная экстрасистола с аберрантным желудочковым комплексом, сходная с формой при блокаде правой ножки, имеет следующие особенности:

    комплекс rSR’ в отведении v1 и небольшой зубец q c R/S> 1 в отведении V6. Начальная часть аберрантного комплекса QRS такая же, как и остальных желудочковых комплексов

    Наджелудочковая экстрасистола с аберрантным желудочковым ком­плексом, с формой левой передней гемиблокады. Электрическая ось (aqrs) аберрантного сокращения сильно смещена влево на —39°

    Абсолютная аритмия при мерцании трепетании предсердий с аберрантными комплексами QRS

    По форме аберрантный комплекс QRS напоминает типичную форму блокады правой ножки с полифаз­ным комплексом rSR’ в отведении V1 и наличием небольшого зубца q c R/S>l в отведении V6. Направле­ние начальной части аберрантного комплекса QRS такое же, как и остальных неаберрантных желудоч­ковых комплексов. Кроме того, на­лицо последовательность чередова­ния длинных и коротких интервалов R—R перед аберрантным сокраще­нием

    Аберрантная проводимость желудочков может наступить при урежений сердечной деятельности, узловых замещающих сокращениях и узловом ритме. Существует несколь­ко возможностей объяснения брадикардических форм желудочковой аберрации:

    1. Наджелудочковый импульс может проводиться в желудочки быстрее по дополнительному проводящему пути, описанному Mahaim и известному под названием паранодальных волокон Махайма. Это вызывает активизацию части желудочков и изменение формы комплекса QRS

    2. Импульсы, возникающие в нижней части атриовентрикулярного узла, могут проводиться вниз только через одну часть пучка Гиса, и таким образом часть желудочков активируется раньше остального миокарда желудочков

    3. Латентные клетки водителя ритма в ножках могут претерпевать спон­танную диастолическую деполяризацию (фаза 4) незадолго до поступления в них наджелудочкового импульса. Это вызывает замедление проводимости в соответствующем участке проводниковой системы, и, в результате этого, насту­пает аберрантная проводимость желудочков

    Дифференциальный диагноз между сокращениями с аберрантной проводимостью желудочков и эктопическими желудочковыми сокращениями приведен в следующей таб­лице:

    Вероятная аберрантная проводимость желудочков Вероятное эктопическое сокращение желудочков
    Комплекс QRS с формой блокады пра­вой ножки ; Комплекс QRS с формой блокады левой ножки
    Блокада правой ножки с трехфазной (rsR») конфигурацией желудочкового ! комплекса в Vi ! Блокада правой ножки с моно- или бифазной (R, qR) конфигурацией желудочкового комплекса в Vi
    Направления начальной части желудоч­кового комплекса и остальных (основ­ных) желудочковых комплексов одина­ковы Направление начальной части же­лудочкового комплекса различно от направления остальных (основ­ных) желудочковых комплексов
    Переменная форма и ширина комплекса QRS при отдельных аберрантных со­кращениях является выражением раз­личной степени блокады правой ножки Форма комплекса QRS не изме­няется при отдельных эктопичес­ких сокращениях
    Ширина комплекса QRS менее 0,12 се­кунды Ширина комплекса QRS более 0,14 секунды и сильно повышенная ампли­туда QRS
    Наличие сегмента S—Т и отрицательной волны Т в V1, V2, V3 отведениях как при блокаде правой ножки Отсутствие сегмента S—Т; комплекс QRS переходит непосредственно в волну Т
    Наличие предсердной активности и зако­номерной связи предсердно-желудоч­ковых комплексов. Постоянный интер­вал R—R отдельных аберрантных сок­ращений Отсутствие закономерной связи пред­сердно-желудочковых комплексов Налицо атриовентрикулярная дис­социация
    Отсутствует фиксированная связь с пред­шествующим сокращением Наличие фиксированной связи с пред­шествующим сокращением
    Последовательность предшествующих ин­тервалов R—R — длинный—короткий — при мерцательной аритмии Последовательность предшествую­щих интервалов R—R короткий — длинный при мерцательной аритмии
    Отсутствие продолжительной паузы после аберрантного сокращения После эктопического сокращения сле­дует продолжительная пауза, которая может быть полной или неполной
    Учащенная сердечная деятельность Замедленная сердечная деятельность
    Нормальная QRS конфигурация первых нескольких сокращений приступа та­хикардии Первые сокращения имеют патоло­гические комплексы QRS. одинаковые с остальными комплексами приступа тахикардии
    Отсутствуют комбинированные систолы и сокращения с желудочковым захватом Наличие комбинированных систол и сокращений с желудочковым захва­том во время приступа тахикардии
    Критерии парасистолии отрицательны Положительные критерии желудоч­ковых парасистол
    Аберрация в виде бигеминии наблюдается как исключение Проявление в виде бигеминии
    Аберрантные комплексы, появляющиеся парами, имеют различные интервалы R—R Групповые желудочковые экстрасис­толы, появляющиеся парами, имеют одинаковый интервал R—R

    Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

    Лучшие изречения: Сдача сессии и защита диплома — страшная бессонница, которая потом кажется страшным сном. 9280 — | 7456 — или читать все.

    Использование аберрантного (отклоняющегося от нормы) поведения в качестве поощрения для детей с аутизмом.

    (Marjorie H. Charlop, Patricia F. Kurtz, Fran Greenberg Casey)

    Подбор поощрений для детей с аутизмом может представлять собой достаточно трудную задачу, поскольку аутичные дети часто не интересуются игрушками или социальными поощрениями, а использование пищи может быть проблематичным в связи насыщением и сложностью реализации подобного усиления.

    Такое аберрантное поведение, как стереотипия (Lovaas, Koegel, Simmons and Long 1972), представляет собой высоко предпочитаемый вид деятельности и, следовательно, может быть использовано в качестве поощрения (Premack 1959). Первые исследования свидетельствуют о первоначальной поддержке данной стратегии (Hung 1978, Sugai and White 1986, Wolery, Kirk and Gast 1985) и об отсутствии такого негативного побочного действия, как увеличение стереотипного поведения (Wolery 1985). У многих детей с расстройствами аутистического спектра также наблюдается отставленная эхолалия (Lovaas, Varni, Koegel, Lorsch, 1977, Prizant and Rydell, 1984) и персеверация (Epstein, Taumban, Lovaas, 1985; Lovaas, Newsom, Hickman, 1987), которые тоже могут выполнять поощряющие функции.

    Данное исследование, состоящее из трех экспериментов, оценивает эффективность использования аберрантного поведения (стереотипии, отставленной эхолалии, персеверации) в качестве поощрения, а также подробно рассматривает возможные негативные побочные эффекты, в частности — увеличение аберрантного поведения.

    Эксперимент 1 сравнивает использование стереотипного поведения с использованием съедобных/осязаемых поощрений в условиях разнообразных последствий (пища или стереотипия) (по предположениям Egel, 1981, использование более чем одного поощрения, в разнообразных форматах может повысить эффективность этих поощрений).
    Эксперимент 2 сравнивает использование отставленной эхолалии с использованием съедобных/осязаемых поощрений в условиях разнообразных последствий (пища или отставленная эхолалия).

    Эксперимент 3 сравнивает использование персеверации с использованием съедобных/осязаемых поощрений в условиях разнообразных последствий (пища или персеверация).

    Участникам был установлен диагноз аутизм, раз в две недели во время и после школы они посещали терапевтические сессии в рамках программы изменения поведения на протяжении, как минимум, шести месяцев, кроме того, они описывались как не имеющие мотивации к обучению (и проявляющие аберрантное поведение).

    • Условия окружающей среды и задания

    В комнате присутствовали несколько игрушек и академические стимулы, и она была доступна для обзора наблюдателями через одностороннее зеркало. Каждый ребенок получал три задания из своей учебной программы, которые им не удавалось освоить на протяжении нескольких месяцев.

    • Модель построения эксперимента

    Эффективность поощрений (пища, аберрантное поведение, различные последствия) оценивались при помощи многоэлементной модели построения эксперимента. Каждое экспериментальное условие было представлено не более трех раз одно за другим.

    • Базисный уровень исследования

    Выбранные задания были предоставлены в рамках типичной 15-минутной рабочей сессии. Данные базисного уровня собирали 1-2 раза в неделю за период от 6 до 8 месяцев для экспериментов 1 и 2, и за несколько недель до начала исследования для эксперимента 3.

    У каждого ребенка было по две 15-минутных экспериментальных сессий в неделю (с перерывом в 2-5 дней). Экспериментатор садился напротив ребенка и предоставлял ему задания, когда устанавливал зрительный контакт, и когда ребенок был внимательным. Порядок предоставления заданий варьировался. Когда ребенок продуцировал правильную реакцию, экспериментатор усиливал ее при помощи похвалы и выбранного последствия. Когда ребенок продуцировал неправильную реакцию или не реагировал на протяжении 5 секунд, экспериментатор предоставлял вербальный стимул «НЕТ». Коррекционный блок реализовывался после двух последовательных некорректных реакций, и это не включалось в анализ данных. Экспериментатор записывал реакции детей после каждого из заданий. Помимо этого, также фиксировались эпизоды возникновения аберрантного поведения.

    Читать еще:  Гормонозаместительная терапия при климаксе. Противопоказания и способы приема гормонов

    • Условия предоставления последствий

    Специфическое аберрантное поведение, выбранное в качестве последствия, в случае каждого конкретного ребенка определялось посредством прямого наблюдения и обсуждения с родителями и терапистами.

    Пища: Ребенок мог осуществлять выбор из предпочитаемых им продуктов питания

    Аберрантное поведение: Ребенку позволяли (и давали подсказку, если необходимо) участвовать в аберрантном поведении (стереотипия, отложенная эхолалия, персеверация) на протяжении 3-5 секунд после правильной реакции.

    Переменные последствия: Ребенок мог выбрать между пищей или аберрантным поведением.

    После прохождения определенной подготовки наблюдатель, находящийся за односторонним зеркалом, подсчитывал количество эпизодов возникновения аберрантного поведения (помимо условий аберрантных последствий), стереотипного поведения и поведения, не имеющего отношения к выполнению заданий, при помощи метода частичного интервала продолжительностью 10 секунд.

    • Наблюдение за пост-экспериментальной сессией

    За ребенком наблюдали на протяжении 15 минут после сессии в рамках дугой рабочей сессии с другим терапистом или же в рамках свободной игровой ситуации.

    • Достоверность результатов исследования

    Внутренняя достоверность результатов исследования была подсчитана, по крайней мере, для 33% сессий на базисном и экспериментальном уровне, а также для стереотипного и невнимательного поведения.

    В эксперименте приняли участие четыре мальчика с диагнозом аутизм в возрасте от 6 до 9 лет (возраст психического развития между 2 и 4 годами). Все они были хотя бы минимально вербальными и демонстрировали различную стереотипию, невнимательность к заданиям, истерики и агрессию.

    Задания и процедура

    У детей было три различных задачи, выполнением которой они должны были овладеть, и они получали три различных вида последствий (пища, стереотипия или же переменные последствия).

    Один ребенок был выбран для детализированного анализа. Наблюдение за ним (и его агрессивным поведением) велось на протяжении 30-ти минут вместо 15-ти минут, а его прошедшая специальную подготовку мама наблюдала за его стереотипией и в домашней среде, как до начала, так и в ходе эксперимента. Внутренний показатель достоверности исследования был в промежутке между 92% и 100%.

    Наиболее эффективным поощрением для всех детей оказалась стереотипия. Последствия в виде съедобного поощрения были наименее успешными, а в случае одного из детей даже оказались менее эффективными, чем на базисном уровне исследования. Переменные последствия также обладали усиливающей ценностью для двух детей. При сравнении интенсивности стереотипного поведения выяснилось, что оно не увеличилось в ходе сессий, в которых стереотипии использовались в качестве последствий, а в случае двоих детей даже уменьшилось по сравнению с условиями предоставления съедобных последствий. Эта тенденция также сохранилась и для следующих за сессиями наблюдений, в рамках которых интенсивность стереотипии возросла меньше, чем при условии последствий в виде пищи.

    Дополнительный анализ динамики одного ребенка продемонстрировал увеличение агрессии и невнимательности при наблюдении после окончания сессий. И это справедливо, поскольку стереотипия уменьшила уровень агрессии в условиях применения аберрантного поведения в качестве поощрения и одновременно увеличила сосредоточенность на выполнении заданий. Данные, собранные матерью этого ребенка, показали, что у данной стратегии не было побочных эффектов, и что стереотипное поведение ребенка в домашней среде уменьшилось.
    Эксперимент 1 показал, что стереотипное поведение в качестве поощрения является более эффективным, чем съедобные поощрения и чем переменные последствия. Более того, данная стратегия не продемонстрировала никаких побочных эффектов, и, вероятно, с ее помощью можно уменьшить несоответствующее поведение.

    Существует вероятность того, что отставленная эхолалия обладает поощряющими свойствами (Lovaas и соавторы, 1977; Prizant & Rydell, 1984), и по этой причине она была изучена.

    В данном эксперименте приняли участие 3 вербальных мальчика в возрасте от 8 до 10 лет, и они работали над выполнением трех различных заданий (2 задания для каждого ребенка). С этой целью продолжительность сессий составляла 10-15 минут.
    Процедура была такой же, как и в Эксперименте 1, с той лишь разницей, что вместо стереотипного поведения поощрением служила отложенная эхолалия. Показатель внутренней достоверности составил 99-100%.

    Отставленная эхолалия оказалась наиболее эффективным поощрением для двоих детей. Однако, в условиях переменных последствий дети продемонстрировали очень близкие результаты. У одного ребенка наблюдались лучшие результаты в условиях переменных последствий, по сравнению с отставленной эхолалией. Съедобные поощрения оказались чуть более эффективными по сравнению с базисным уровнем исследования для двоих детей, а в случае одного ребенка продемонстрировали худшие результаты.

    По сравнению с пост-экспериментальными рабочими сессиями, в рамках экспериментальных сессий практически не было зафиксировано разницы в уровне стереотипного и невнимательного поведения. У одного ребенка наблюдалось увеличение стереотипного и невнимательного поведения в свободной игровой ситуации, а другой продемонстрировал в такой же обстановке увеличение эхолалии. Так могло произойти в связи с недостаточным уровнем структурирования и контроля в рамках игровой ситуации, поскольку это не зависело от конкретных экспериментальных условий. Детализированный анализ одного из детей дал подобные результаты. Наблюдалось уменьшение отложенной эхолалии в домашних условиях. Данная тенденция появилась еще до начала лечения, и ее необходимо интерпретировать с осторожностью.

    Данный эксперимент также продемонстрировал, что отложенная эхолалия может выступать в качестве эффективного поощрения.

    Было произведено сравнение эффективности персеверации с определенными объектами в роли поощрения с эффективностью съедобных поощрений и стереотипного поведения (вместо переменных последствий).

    В эксперименте приняли участие 3 аутичных мальчика в возрасте от 6 до 10 лет (возраст психического развития составлял от 3 до 5 лет), и им предоставлялся доступ к персеверации объектов от 3 до 5 секунд при продуцировании правильной реакции. Родители всех троих детей собирали подробные данные. Показатель внутренней достоверности составил 93-98%.
    Результаты и обсуждение

    Персеверация оказалась наиболее эффективным поощрением. В случае некоторых детей стереотипное поведение обладало одинаковой эффективностью. Эффективность пищевых поощрений практически равнялась или была ниже базисного уровня исследования. Исследуемое поведение увеличилось в начале исследования, однако позже оно уменьшилось до уровня ниже базисного.

    Аберрантное поведение можно назвать эффективным поощрением в случае постановки сложных задач. Похоже, что использование аберрантного поведения в качестве поощрения не имеет негативных побочных эффектов.

    Стереотипия обладает некоторыми сенсорными и перцептивными свойствами (Rincover and Newsom, 1985), которые могут служить первичными поощрениями, поскольку они стимулируют центральную нервную систему (Lovaas и соавторы, 1987). То же может быть справедливо и для отложенной эхолалии и персеверации.

    Работы Rincover в 1978 и Rincover с соавторам в 1979 свидетельствуют о наличии поощряющих визуальных, аудиторных и рецептивных сенсорных последствий, которые поддерживают стереотипное поведение у детей с аутизмом.

    По мере того как дети с аутизмом взрослеют, их стереотипия на низком уровне заменяется персеверацией и эхолаличной речью (Epstein и соавторы, 1985), и в связи с этим Lovaas (1987) и Epstein (1985) предположили, что эти же закономерности могут приводить к поддержанию последующих форм поведения (продуцируются повторяющиеся, сложные стимулы, и они препятствуют соответствующему поведению).

    Данный эксперимент показал, что вместо того, чтобы пытаться устранить аберрантное поведение, можно использовать его поощряющие характеристики для улучшения обучения детей. Как показал эксперимент, данный подход не имеет негативных побочных эффектов, дети достаточно спокойно относились к тому, что объекты удалялись от них, и охотно работали. Таким образом, это может стать хорошей альтернативой в рамках программ по изменению поведения.

    Ограничением данного исследования является тот факт, что некоторые дети с аутизмом практически не проявляют стереотипного поведения, или же этот поведение тераписту может быть сложно контролировать. Кроме того, не было произведено наблюдение за результатами таких процедур в долгосрочной перспективе.

    Тем не менее, это может стать хорошим методом для мотивации аутичных детей в будущем.

    Аберрантное поведение это

    Институционализация отклонений от правил

    Под нормативными изменениями я понимаю возникновение, замену или преобразование компонентов нормативных структур: норм, ценностей, ролей, институтов, институциональных ком­плексов. Для простоты я буду говорить об изменении норм, но все, что будет сказано, применимо к другим, более сложным груп­пам правил и норм. Я сосредоточусь главным образом на спосо­бе, при помощи которого нормы (или измененные нормы) воз­никают из действий, предпринимаемых различными социальны­ми агентами.

    Читать еще:  Шизофрения чем заканчивается

    Изменение норм предполагает в качестве своего рода прелю­дии нормативные отклонения. Как замечает Роберт Берштедт, «некоторые отклонения от старой структуры являются частью процесса создания новой структуры» (45; 461). Эта важная кате­гория «отклонение» требует точного определения, и здесь умест­но обратиться к Роберту Мертону. Он предлагает следующую кон­цепцию отклонения. «Адаптация описывается как отклоняющая­ся (но не обязательно болезненная), когда поведение отдаляется от того, что требуют культурные цели, институциональные нор­мы, либо те и другие» (282; 178). Мертон предостерегает от того, чтобы смешивать отклонения со своеобразием поведения; надо «различать новые формы поведения, которые еще находятся в рамках институционально предписываемых или допускаемых, и новые формы, которые выходят за эти рамки. По терминологии Флоренс Клакхон, первые представляют собой «вариантное» по­ведение, вторые — «девиантное» (282; 181).

    В свою очередь, «толерантность» вариантного поведения (т. е. диапазон допускаемых конкретных применений общей нормы) должна отличаться от «фактической терпимости» (т. е. пассивного отношения общества к поведению, расцениваемому как деви-антное), а также от того, что можно назвать «институциональной терпимостью», т. е. запретами на негативные санкции девиантных действий. Якобсен определяет терпимость как «институционализи-рованный социальный климат, когда личность может публично нарушать принятые нормы, не подвергаясь санкциям» (203; 223). Мертон выделяет нонконформистское поведение (принци­пиальное отклонение) и аберрантное поведение (целесообраз­ное отклонение). Они отличаются по нескольким важным пара­метрам.

    1. «Нонконформисты объявляют о своем несогласии с соци­альными нормами публично и не стараются скрыть этого. Поли­тические или религиозные раскольники настаивают на том, что­бы об их расхождениях с социальными нормами узнали все; абер­рантные преступники стремятся избежать публичного осуждения» (293; II; 72).

    2. «Нонконформисты бросают вызов законности социальным нормам, которые они отрицают, или по крайней мере противо­стоят их применению в определенных ситуациях. Аберранты, напротив, осознают законность норм, которые они нарушают, но считают такое нарушение приемлемым для себя» (293; II; 73).

    3. Нонконформистское поведение позитивно, конструктив­но; аберрантное — негативно: «Нонконформисты стремятся за­менить морально подозрительные, с их точки зрения, нормы теми, которые кажутся им морально обоснованными. Аберранты ста­раются в первую очередь избежать наказующего воздействия су­ществующих норм, не предлагая им замены» (293; II; 73).

    Нонконформистское и аберрантное поведение инициируют два пути нормативного морфогенеза, посредством нормативных новаций и нормативного отклонения, причем и тот, и другой яв­ляются формой социального становления. Рассмотрим их подроб­нее, начиная со второго.

    Морфогенез путем нормативного отклонения начинается с отдельных случаев аберрантного поведения тех, кто находит нор­мы чересчур строгими, хотя в целом вполне законными. Как оп­ределяет Якобсен, «нормативное отклонение. есть особый под­вид нарушения норм, суть которого заключается в том, что оно совершается умышленно и скрытно» (203; 220). Например, вор не ставит под сомнение законность пятой заповеди, он наверня­ка будет разъярен, если у него самого что-нибудь украдут, и не будет удивлен, если его поймают и накажут. По словам Мертона, происходит «постепенное ослабление законности как бесплод­ной борьбы и расширение использования незаконных, но бо­лее или менее эффективных отклонений» (287; 200). Несомнен­но, мы избегаем одних норм все время, а других — время от времени.

    В ряде случаев избежание норм целиком остается в частной сфере и не имеет социальных последствий. Но когда отклонения распространяются все шире, когда их начинает разделять боль­шинство людей, тогда пробуждается общественное сознание. Нарушение тех или иных правил, которые ранее рассматрива­лись как законные, подхватывается окружением, особенно если нарушители преуспели. По замечанию Мертона, «эти удачливые жулики становятся образцом для подражания» (285; 235). Нагляд­ный пример — частные предприниматели в странах «реального социализма», чьи действия воспринимаются многими, особенно молодым поколением, как «ролевые модели», хотя все знают, что они достигли своего положения, нарушив законы, регулирующие плановую экономику.

    Всеобщее отклонение от норм в сочетании с широко бытую­щим мнением «все так делают» приводит к тому, что такое откло­нение принимает регулярный, повторяющийся характер. Роберт Уильяме описывает данную ситуацию следующим образом. «Со­циальные нормы скрыто нарушаются в широких масштабах, с молчаливого согласия и даже одобрения обществом или группой до тех пор, пока такое нарушение не станет явным» (450; 419— 420). Уклонения от налогов, обманы на экзаменах, мелкие кражи на фирмах, игнорирование таможенных обязанностей, ослабле­ние контроля за валютой — известные всем примеры. В бывших социалистических странах широкое распространение получила кража товаров, сырья, инструментов и т.д. с государственных пред­приятий. Здесь традиционные моральные запреты, действующие применительно к частной собственности, явно не срабатывали потому, что для многих «государственный» означало «ничей».

    Это следующий шаг на пути нормативного морфогенеза (но, заметим, нормы до сих пор находятся в соответствии с законнос­тью). Наиболее важная фаза, полагает Мертон. наступает тогда, когда «принимающее все больший размах аберрантное, но «удач­ливое поведение» стремится ослабить или даже уничтожить закон­ность институциональных норм, действующих в системе» (287; 234).

    Институционализация отклонений включает в себя четыре момента: во-пер­вых, они имеют определенный, регулярный характер; во-вторых, принимают­ся большинством, т. е. из частной сферы переходят в общественную; в-треьих, организованы в виде хорошо отработанной «социальной механики»; и, в-четвертых, редко наказываются, а если и подвергаются санкциям, то обычно в символической форме, чтобы подтвердить священность правил (293; 76).

    Такая ситуация складывается тогда, «когда официальные за­коны и предписания отстают от изменения интересов, ценностей и потребностей значительной части населения. В течение како­го-то времени закон терпим к отклонениям» (284; ix).

    Существуют три более специализированных варианта институциализирован-ного отклонения. Первый — «нормативная эрозия». Лучше всего он иллюстрирует­ся медленной либерализацией сексуальных нравов или постепенным ослаблением легальных стандартов относительно порнографии (смещение линии между «мяг­кой» и «крутой» порнографией, все более терпимое отношение к нудизму и т.д.).

    Второй вариант — «сопротивление нормам»: новые нормы вводятся указом «сверху» и отличаются от традиционных образцов поведения (287; 372). Это можно наблюдать, например, при проведении реформ, направленных против общеприня­тых обычаев, стереотипов, предрассудков или моральных обязательств (попытки изменить правила женитьбы в африканских колониях, коллективизация собствен­ности крестьян в социалистических странах и т.д.).

    Третий вариант — «замещение норм». Старые нормы остаются в силе, но ши­роко распространившиеся отклонения как бы приобретают законность благодаря масштабам и длительной традиции их применения. Как объясняет Якобсен, «от­клонение может стать отчасти законным просто за счет длительного существова­ния» (203; 226). Так, запрет на курение в общественных местах игнорируется пото­му, что «до сих пор, кажется, никто не возражал против этого» (203; 226). Однако нормы начинают действовать, если у общественности возникают возражения.

    Подобные формы институциализированного отклонения ведут к конечной фазе морфогенеза — установлению властями новых норм или приобретению последними статуса санкционированных, полностью легитимных и встроенных в новую нормативную струк­туру. Так, ссылаясь на повсеместно распространенные отклонения от устаревшего закона о разводе, Мертон утверждает, что «если общественная поддержка данному институциализированному от­клонению будет продлена, благодаря чему разрыв между принци­пами закона и частотой обманной практики станет очевидным, то это может способствовать изменению соответствующего закона» (284; ix). Вспомним также о пресловутых отклонениях от различ­ных предписаний, навязанных странам Восточной Европы отно­сительно собственности и валюты (о чем свидетельствует широ­кое распространение черного рынка), которые постепенно при­вели к уходу от устаревших и нереалистичных законов и законо­дательному введению новых правил, оказавшихся даже более ли­беральными, чем в некоторых странах Запада (например, устра­нение ограничений на поток валюты через границу Польши).

    В результате ситуация полностью меняется: следование ста­рым нормам квалифицируется как девиация (или по меньшей мере анахронизм, традиционное, необычное поведение), а то, что раньше считалось отклонением, воспринимается как конформизм.

    Так заканчивается цикл морфогенеза, который неизбежно будет повторяться вновь и вновь.

    Ссылка на основную публикацию
    Adblock
    detector