Психические автоматизмы это
Lechenienarkomanii-tomsk.ru

Вредные привычки

Психические автоматизмы это

Синдром Кандинского-Клерамбо ( Синдром отчуждения и воздействия , Синдром психического автоматизма )

Синдром Кандинского-Клерамбо – это психопатологический симптомокомплекс, включающий псевдогаллюцинации, психические автоматизмы, бредовые идеи о воздействии и преследовании. Психотические проявления носят характер сделанности. Пациентам кажется, что их мысли доступны другим и изменены, эмоции и действия – управляемы извне, непроизвольны. Для диагностики психиатры используют клинические процедуры – сбор анамнестических данных, клиническую беседу, наблюдение. Лечение в основном медикаментозное: назначаются антипсихотики, антидепрессанты, седативные средства.

МКБ-10

Общие сведения

Синдром Кандинского-Клерамбо назван в честь исследователей, которые подробно описали его проявления. В.Кандинский изучал автоматизмы при жизни, но его работы были опубликованы посмертно в 1890 году. Г.Клерамбо подытожил имеющуюся информацию и выделил три типа автоматизмов (1927 г.). Другие названия расстройства – синдром психического автоматизма, синдром отчуждения и воздействия. Распространенность наиболее высока среди больных шизофренией, она составляет 50-60%. В общей популяции данный показатель – менее 1%.

Причины

Синдром Кандинского-Клерамбо свойственен шизофрении. Это заболевание стоит рассматривать как основную причину. Симптомы психических автоматизмов могут проявиться в доманифестном периоде, их усложнение происходит по мере развития эндогенной патологии. Отмечено, что в группе повышенного риска находятся пациенты с выраженным эмоциональным компонентом – страхом, тревогой, депрессией. Редкими причинами синдрома могут стать:

  • Органические психозы. Автоматизмы возможны при эпилепсии, черепно-мозговых травмах, новообразованиях головного мозга, нарушениях мозгового кровообращения. Обычно они проявляются в остром периоде.
  • Тяжелые интоксикации. Галлюцинаторно-бредовая симптоматика возникает при отравлении алкоголем, психостимуляторами (амфетаминами, кокаином). Частые и продолжительные интоксикации становятся провоцирующими факторами для дебюта шизофрении и активного развития синдрома Кандинского-Клерамбо.
  • Инфекционные болезни.Психозы, вызванные инфекцией, могут протекать с автоматизмами, бредом и галлюцинациями. Продуктивная симптоматика угасает , если происходит выздоровление пациента.

Патогенез

Синдром Кандинского-Клерамбо развивается на основе психотического расстройства. Первая патогенетическая теория, предложенная Клерамбо, описывает психический автоматизм как результат дезавтоматизации психической деятельности: естественное течение познавательных функций и эмоций нарушается, присоединяется патологическая рефлексивность. Следствием этого становится ощущение отчужденности собственных мыслей, ощущений, действий.

В последние десятилетия активно возрождается теория А. Меграбяна. В ее основе лежит предположение, что психические автоматизмы и деперсонализация возникают при нарушении гностического чувства. Оно является сложным комплексом эмоционального и интеллектуального компонентов познания. При синдроме отчуждения происходит расщепление мыслительного и чувственного процессов.

Классификация

Существует несколько типов классификации синдрома Кандинского-Клерамбо. По особенностям клинической картины выделяют:

  • классический вариант ‒ больному кажется, будто его действия и мысли управляются кем-то другим;
  • интровертированный вариант ‒ пациент считает, что способен воздействовать на окружающих, изменять их настроение, ощущения и поступки. Часто такое расстройство сопровождается идеями величия, парафренией.

Другая классификация определяет синдром бредового и галлюцинаторного типа. Если развивается бредовый тип, то доминирует бред и автоматизмы, а галлюцинации крайне редки или отсутствуют. Галлюцинаторный тип характеризуется преобладанием псевдогаллюцинаций, слабой выраженностью бредовой симптоматики и автоматизмов. По характеру течения синдром классифицируется на два вида:

  1. Хронический. Клинические признаки долгое время остаются незаметными, усиливаются постепенно. От начала синдрома до его диагностики проходят годы. Обнаружение расстройства происходит после накопления, усложнения автоматизмов. Бред систематизированный, направлен на конкретных людей и ситуации. Переживания больных имеют фантастическое содержание (воздействие инопланетян, агентов спецслужб).
  2. Острый. Симптомы нарастают очень быстро, расстройство протекает приступообразно, сопровождается ярким, образным, слабо систематизированным бредом. Эмоции яркие, от страха и подозрительности до приподнятого настроения. Автоматизмы выраженные. В зависимости от клинических проявлений психоза острый синдром может быть включен в параноид, чувственный или интерпретативный бред.

Симптомы

Психические автоматизмы

Ключевое звено синдрома – психические автоматизмы. Данные явления представляют собой патологическое ощущение «сделанности», «навязанности», «внушенности» мыслей, эмоций и действий. Пациенты убеждены, что на них оказывается воздействие различными видами энергии: лучами, волнами, «силой сознания». Согласно содержанию, автоматизмы бывают идеаторные, сенсорные и сенестопатические.

Идеаторный (ассоциативный) автоматизм является следствием мнимого влияния на интеллект, память, внимание и иные познавательные процессы. Наиболее простой вариант – ментизм. Это ощущение непроизвольности течения представлений, идей, воспоминаний. Другой пример – симптом открытости. Он выражается ощущением, что все окружающие знают о содержании мыслей пациента и обсуждают их втайне от него.

К ассоциативным автоматизмам относятся также шелест мыслей – неразборчивый шум из-за движения идей в голове; звучание мыслей – внутреннее звучание слов и предложений, о которых думает больной; отнятие мыслей – исчезновение всех идей и воспоминаний вследствие целенаправленных усилий другого человека. Другие симптомы – сделанные другим мысли и сновидения, умышленное размытие воспоминаний, созданные извне эмоции.

Сенестопатический (сенсорный) автоматизм – болезненное, дискомфортное ощущение, развивающееся как следствие мнимых посторонних сил. Проявляется чувством холода, жара, болью в теле и внутренних органах. При длительном течении синдрома сенестопатии становятся вычурными, необычными. Пациенты сообщают об ощущениях пульсации, сжимания, скручивания и распирания.

Кинестетические (моторные) автоматизмы – убежденность, что движения больных совершаются ими помимо воли, под воздействием извне. Пациенты верят, что кто-то отнимает их способность действовать произвольно: невидимая сила двигает конечностями, создает чувство онемения и паралич, заставляет говорить определенные слова (двигать языком). Автоматизмы, как правило, развиваются в определенной последовательности: сначала идеаторные, затем сенестопатические, за ними ‒ кинестетические.

Псевдогаллюцинации

Помимо автоматизмов, синдром Кандинского-Клерамбо проявляется пседогаллюцинациями различной модальности. Больные отличают их от объектов реальности, так как все образы имеют характер навязанности, сделанности. Распространенные зрительные образы – лица, панорамы, якобы демонстрируемые пациенты при помощи специальной аппаратуры. Слуховые галлюцинации представлены шумами, словами, фразами, которые передаются больному посредством радио или иного оборудования. Они могут быть нейтральными или императивными.

Осложнения

При неблагоприятном течении шизофрении синдром Кандинского-Клерамбо быстро прогрессирует. Автоматизмы усложняются, проявляются часто, приводят к развитию деперсонализации – тяжелому расстройству самовосприятия с отчуждением личности больного. Утрачивается ощущение собственного «Я», возможность управлять собственными мыслями, эмоциями, действиями.

При преобладании бредового компонента формируется бредовая деперсонализация – убежденность, что произошли изменения в существе больного, в результате чего он превратился во что-то иное. Пациенты мнят себя завербованными агентами, тенями других людей. Деперсонализация с трудом поддается лечению, расценивается как признак неблагоприятного течения шизофрении, быстро приводит к психическому дефекту.

Диагностика

В большинстве случаев синдром Кандинского-Клерамбо выявляется у пациентов с подтвержденным диагнозом шизофрении. Редко он предшествует дебюту заболевания, проявляясь единичными психическими автоматизмами, либо разворачивается на базе органического, инфекционного или интоксикационного поражения ЦНС.

Обследование больных проводит врач-психиатр, с целью определения причин синдрома может потребоваться помощь невролога, инфекциониста, врача функциональной диагностики. Специальных диагностических процедур для выявления синдрома автоматизмов не существует. Психиатр используется клинические методы:

  • Сбор анамнеза. Часто у обследуемого имеется диагноз шизофрении либо наследственная отягощенность по данному заболеванию, тяжелые инфекции, интоксикации, новообразования в головном мозге, травмы головы. Провоцирующим фактором может стать тяжелый стресс, острое отравление алкоголем, наркотическими веществами.
  • Беседа. Во время общения с больными врач отмечает характерные изменения в речи и мышлении: непоследовательность и алогичность суждений, бредовые, в том числе параноидные, идеи. Обычно пациенты открыто рассказывают об автоматизмах и галлюцинациях, но фабула бреда может препятствовать этому (например, если врач оценивается как один из тех, кто воздействует на психику больного).
  • Наблюдение. При развернутой клинической картине синдрома в поведении часто отмечается неадекватность: чрезмерная настороженность или возбужденность, попытки убежать из кабинета врача, рассматривание пустых стен (галлюцинаторных образов). Эмоции неустойчивы, не соответствуют ситуации. Часто преобладает страх, напряженность, агрессивность.

Лечение синдрома Кандинского-Клерамбо

Терапия осуществляется комплексно. Основные мероприятия проводятся в стационаре, дополнительные и поддерживающие – на дому. Они ориентированы на купирование острых симптомов, и, если это возможно, устранение причины автоматизмов. Наиболее часто больным назначаются процедуры для лечения шизофрении или уменьшения ее проявлений:

  • Медикаментозная терапия. Чтобы снизить психотическую продуктивную симптоматику (бред, галлюцинации), снять психомоторное возбуждение назначаются нейролептики. Стабилизировать эмоциональный фон и восстановить нормальный сон позволяют антидепрессанты, транквилизаторы, седативные препараты.
  • Биологическая терапия. При некоторых формах шизофрении, на начальных стадиях болезни возможно применение инсулинокоматозной или электроконвульсивной терапии. Данные методы дают хороший результат, но имеют много побочных эффектов, поэтому проводятся только с добровольного согласия пациента.
  • Психотерапия. На этапе выздоровления или ремиссии вводится психотерапевтическая помощь. Она помогает больному справиться с чувством растерянности, тревогой, подавленностью. Эффективными являются техники, направленные на восстановление личностных структур – формирование ценностей, установок, жизненных целей.

Прогноз и профилактика

Синдром Кандинского-Клерамбо может иметь благоприятный прогноз, если его лечение начато на ранних стадиях. При развернутых галлюцинаторно-бредовых явлениях интенсивное лечение помогает уменьшить выраженность симптомов, достичь ремиссии.

Профилактика заключается в регулярном врачебном наблюдении больных с шизофренией. Людям из групп риска по развитию данного психического заболевания необходимы периодические, не реже 1 раза в год, обследования у психиатра. Также стоит исключить все факторы, провоцирующие психоз – прием наркотиков, злоупотребление алкоголем, сильные стрессовые воздействия.

Синдром Кандинского — Клерамбо: когда ты — не ты

Психиатр Глеб Поспелов об играх разума

В народе бытует огромное количество мифов и заблуждений о психиатрии. Будучи практикующим врачом, я сталкиваюсь с этим явлением постоянно. Каких только идей и предложений по лечению не приходится выслушивать от пациентов и их ­близких!

Буквально несколько дней назад мама пациентки, страдающей шизофренией, предлагала сделать дочери «дюбаж кишечника» — чтобы «избавиться от зашлакованности, приводящей к галлюцинациям». Другая мать душевнобольного настаивала на массаже предстательной железы — примерно с той же целью. Я даже боюсь подсчитывать, сколько выслушал предложений о лечении психически больных уринотерапией, медом, грязями, физическими нагрузками и ­диетами.

Меня не единожды просили «напугать больного посильнее» — «потому что от стресса болезнь пройдет», настаивали на погружении пациента в ледяную воду в праздник Крещения. А уж обряды отчитки или экзорцизма самого разного масштаба… Думается, пойди я на поводу у этих доброхотов — рисковал бы сам оказаться в больнице или, чего доброго, за решеткой. Трудно было бы объяснить «компетентным товарищам» — зачем я погружал больного человека в полынью против его ­воли…Масса мифов и заблуждений связана с шизофренией. Как только не именуют «в миру» наших пациентов: «психами», «дураками», «припадочными» — даже не представляя себе сути происходящих с ними изменений, а значит — не понимая особенностей их поведения, взглядов на жизнь, окружающий мир. Это называется стигматизацией: по сути, люди отказывают больным в равных с остальными правах — только в силу непонимания их ­болезни.

Я попробую немного приподнять завесу непонимания и рассказать, что происходит с психически больными на самом деле, — на примере одного из самых распространенных и тяжелых феноменов в ­психиатрии.

Читать еще:  Синдром жиля де ля туретта

«Охотники» и жертвы

Первое всестороннее описание симптомов этого расстройства принадлежит русскому психиатру Виктору Хрисанфовичу Кандинскому (1849–1889 гг.), который в 1880 году опубликовал хронику собственной болезни — «К учению о галлюцинациях», где дал подробное описание наблюдавшихся психических расстройств. В 1881 году вышел немецкий перевод книги, которая быстро получила отклики в Германии и во ­Франции.

Спустя почти 40 лет Гаэтан Анри Альфред Эдуар Леон Мари Гасьян де Клерамбо (фр. Gaëtan Henri Alfred Eduouard Léon Marie Gatian de Clérambault) (1872–1934 гг.) — французский психиатр, составил классификацию выделенных Кандинским симптомов и объединил их в синдром, который получил название «синдром Кандинского — ­Клерамбо».

Таким образом, Кандинский и Клерамбо независимо друг от друга описали синдром психического автоматизма. Примечательно, что оба психиатра проанализировали и описали собственные болезненные переживания. Они оба были больны, и обоих в конце концов болезнь привела к ­самоубийству.

Симптомы синдрома Кандинского-Клерамбо

Это чувство отчуждения собственных психических процессов, овладения кем‑то извне. Возникает вследствие бредовых идей о мнимом воздействии на больного (например, радиацией или ­ультразвуком).

Идеаторные, или ассоциативные, автоматизмы являются результатом мнимого воздействия на процессы мышления и другие формы психической ­деятельности.

К ним ­относятся:

Ментизм — насильственный наплыв мыслей и образов, неподвластный контролю ­пациента.

Симптом открытости мыслей — ощущение, что мысли известны ­окружающим.

«Отнятие мыслей», при котором у больного мысли «исчезают» из ­головы.

«Сделанность мыслей» — убеждение, что его мысли принадлежат посторонним лицам, чаще всего его преследователям, и вкладываются в голову ­больного.

«Разматывание воспоминаний»: больные вопреки своей воле и желанию, как бы под влиянием посторонней силы — вынуждены вспоминать те или иные события своей жизни; нередко одновременно с этим больному «показывают картины», иллюстрирующие ­воспоминания.

Феномен «сделанных настроений, чувств, сновидений»: больные утверждают, что их настроения, чувства, симпатии и антипатии — это результат воздействия извне. Например, появляется чувство, что эмоции возникают не самостоятельно, а под влиянием посторонней силы («мною смеются», «мною ­плачут»).

К сенсорным, или чувственным, автоматизмам относятся обычно неприятные ощущения, возникающие также в результате мнимого воздействия посторонней силы. Они проявляются чувством внезапно наступающего жара или холода, болезненными ощущениями во внутренних органах, голове, конечностях. Чаще всего бывают необычными, вычурными: больные говорят о крайне своеобразных ощущениях в виде перекручивания, пульсации, распирания внутренних органов и частей тела. Например, я слышал от пациентов, что «от облучения сердце раздувается и гудит как колокол» или «в голове образовалась «пластмассовость»… мозг застыл, затвердел…»; «у меня кишки завязались в узлы — от этого запоры…». Кишечник выключили, мозг законсервировали, остановили — насильственность! При этом реальных проблем со стороны органов может не быть ­вовсе.

К двигательным, или моторным, автоматизмам относится ощущение внешней навязанности совершаемых пациентом движений. Больные считают, что их действиями руководят, двигают конечностями, языком, вызывают ощущение неподвижности, оцепенения, лишают их способности произвольных движений. К моторным автоматизмам относятся также речедвигательные: больные утверждают, что их языком говорят; слова, произносимые ими, принадлежат посторонним лицам. Так, пациент, который только что ругал врача последними словами, — резко начинает ­извиняться:— Простите, это не я… Вы хороший доктор, но язык сам собой ходит во ­рту…

Псевдогаллюцинации

Эти явления характерны именно для синдрома Кандинского — Клерамбо. Это зрительные, слуховые, обонятельные, вкусовые и прочие обманы восприятия, отличаемые больными от реальных объектов (т. е. больной как бы «видит их внутренним взором» или «слышит внутри своего тела») и имеющие характер сделанности, ­искусственности.

Например, больной «видит» «сделанные образы»: лица, целые панорамы (похоже на просмотр кинофильма), которые «показывают» больному его «преследователи» при помощи тех или иных «аппаратов». Слуховые псевдогаллюцинации — шумы, слова, фразы, «передаваемые» по радио, через различную аппаратуру; они чаще всего локализуются в голове, теле; имеют императивный и комментирующий характер, принадлежат знакомым и незнакомым лицам; могут быть мужскими, женскими, ­детскими.

Например, один из пациентов очень красочно (на пике острого состояния) описывал мне «картины будущего», которые «транслируют» ему в мозг «пришельцы-ангелы». Это выглядело, по его словам, как диафильм или слайды, которые показывали его внутреннему «мозговому» взору. Он подробно, в деталях описывал содержание «картин», однако в силу других нарушений мышления — никак не мог довести описание до конца, соскальзывая на другие ­темы.

Также постоянно нам приходится спрашивать пациентов — где именно они слышат «голоса»? Если человек сообщает, что приказы или ругань звучат именно внутри головы, даже в полной тишине вокруг — это серьезный признак нашего ­синдрома.

Бред воздействия или преследования

Больной может объяснять свои болезненные ощущения воздействием на него при помощи самых разных способов — от колдовства и гипноза до современных средств (электричество, УВЧ-волны, радиоволны, радиация, атомная энергия, лучи лазера). Воздействие производят как отдельные лица, так и организации, чаще с целью нанести вред ­больному.Например, в моей практике, начавшейся в конце 90‑х годов прошлого века, чаще всего встречались жалобы на «мафию или рэкетиров» (все помнят лихие 90‑е!), а также на пришельцев с иных планет и колдунов-экстрасенсов (вспомните повальное увлечение парапсихологией и уфологией в 80–90‑х!).

Именно для синдрома Кандинского в рамках шизофрении характерен бред преследования, толкования, воздействия. Другим психическим заболеваниям присущи и другие виды ­бреда.

Возможно развитие инвертированного варианта синдрома Кандинского — Клерамбо: сам больной якобы обладает способностью воздействовать на окружающих, узнавать их мысли, влиять на их настроение, ощущения, поступки. Эти явления обычно сочетаются с идеями переоценки своей личности или бредовыми идеями ­величия.

Одна из моих постоянных пациенток — довольно юная девушка, на высоте шизофренического приступа уверовала в «огромную магическую силу», исходящую от нее. Она ощущала себя «всемогущей целительницей, связанной энергетическими полями со всем миром», и была неудержима в попытке исцелить буквально всех, кто попадался ей на глаза. Любителей мистики и энерготерапии я должен огорчить. Пациентке лишь казалось, что она «угадывает» диагноз, и помочь она никому не смогла. Зато сама отлично пошла на поправку и сейчас практически ­здорова.

Течение

Галлюцинаторно-параноидный синдром в рамках шизофрении может развиваться остро или становится ­хроническим.Острая форма развивается быстро, отличается приступообразным течением, ярким, образным, но малосистематизированным бредом; изменчивостью, противоречивостью симптомов, яркостью эмоций (не только страх, подозрительность, враждебность, но и приподнятое настроение), выраженностью психических ­автоматизмов.

Хроническая форма развивается постепенно, иногда незаметно; может длиться годами. Обычно клиническая картина усложняется за счет накопления разнообразных автоматизмов. Бредовые идеи чаще носят систематизированный, направленный характер. Ощущения больных и воображаемые источники воздействия принимают фантастическое содержание (например, им вынули желудок, закупорили кишечник: на них воздействуют с других континентов при участии сотрудников ЦРУ, ­инопланетян).

Диагностика

Наличие синдрома Кандинского — Клерамбо определяется по признакам бессознательного появления и развития психических расстройств со все нарастающим ощущением отчуждения и осознания их ­насильственности.

Кроме того, в рамках диагностики шизофрении мы обращаем внимание и на другие нарушения психики, характерные для самой болезни. Ведь при шизофрении возникают специфические расстройства эмоционально-волевой сферы, поведенческие нарушения, расстройства памяти и интеллекта. Большое значение имеет история развития болезненного процесса, его этапность, роль наследственности и преморбидного склада личности ­пациента.

Всё это позволяет врачу-психиатру отделить синдром Кандинского от других, схожих внешне психических ­феноменов.

Лечение и профилактика синдрома психических автоматизмов

Для профилактики развития синдрома Кандинского — Клерамбо необходимо своевременное лечение, обычно в психиатрическом стационаре. Терапия комплексная, в рамках лечения основного заболевания — ­шизофрении:

  • медикаментозная (нейролептики: галоперидол, трифлуоперазин, клозапин, оланзапин, рисперидон и другие ­препараты);
  • биологическая терапия — электроконвульсивная, ­инсулинокоматозная;
  • психотерапия (при положительном эффекте психотропных препаратов) с последующей социальной реабилитацией (на этапе выздоровления и осознания ­болезни).

Нашли ошибку? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter.

Психические автоматизмы это

Этот синдром складывается из бреда преследования и воздействия, явлений психического автоматизма и псевдогаллюцинаций.

Больной может ощущать воздействие, осуществляемое различными способами, — от колдовства и гипноза до самых современных средств (радиацией, атомной энергией, лучами лазера и т.д.).

Явления психического автоматизма — чувство, ощущение овладения, возникающее при мнимом воздействии на больного тем или иным видом энергии. Выделяют 3 типа психического автоматизма: идеаторный, или ассоциативный; сенсорный, или сенестопатический; моторный, или кинестетический.

Идеаторные, или ассоциативные, автоматизмы являются результатом мнимого воздействия на процессы мышления и другие формы психической деятельности. Наиболее простым проявлением идеаторных автоматизмов является ментизм — непроизвольное течение мыслей и представлений и симптом открытости, выражающийся в ощущении, что мысли больного известны окружающим, о чем он узнает по их поведению, намекам, содержанию разговоров. К идеаторным автоматизмам относится также звучание мыслей: о чем бы ни подумал больной, его мысли громко и отчетливо звучат в голове; этому расстройству предшествует «шелест мыслей» — тихое и неотчетливое их звучание. Впоследствии развивается симптом «отнятия мыслей», при котором у больного мысли исчезают из головы, и феномен сделанных мыслей — убеждение, что его мысли принадлежат посторонним лицам, чаще всего его преследователям. Нередки и «сделанные сновидения» — сновидения определенного содержания, как правило, с особым значением, вызываемые при помощи воздействия. К идеаторным автоматизмам относится также симптом разматывания воспоминаний, проявляющийся тем, что больные вопреки своей воле и желанию под влиянием посторонней силы вынуждены вспоминать те или иные события своей жизни; нередко одновременно с этим больному показывают картины, иллюстрирующие воспоминания. Идеаторные автоматизмы охватывают также феномен сделанных настроения, чувств (больные утверждают, что их настроения, чувства, симпатии и антипатии являются результатом воздействия извне), сновидений.

К сенестопатическим, или сенсорным, автоматизмам относятся обычно крайне неприятные ощущения, возникающие у больных также в результате мнимого воздействия посторонней силы. Они могут быть крайне разнообразными и проявляются чувством внезапно наступающего жара или холода, болезненными ощущениями во внутренних органах, голове, конечностях. Нередко бывают необычными, вычурными: больные говорят о крайне своеобразных ощущениях в виде перекручивания, пульсации, распирания и т.д.

К кинестетическим, или моторным, автоматизмам относятся расстройства, при которых у больных появляется убеждение, что совершаемые ими движения производятся помимо их воли под влиянием извне. Больные утверждают, что их действиями руководят, двигают конечностями, языком, вызывают ощущение неподвижности, оцепенения, лишают их способности произвольных движений. К кинестетическим автоматизмам относятся также речедвигательные автоматизмы: больные утверждают, что их языком говорят; слова, произносимые ими, принадлежат посторонним лицам.

Явления психического автоматизма возникают, как правило, в определенной последовательности: вначале развиваются идеаторные автоматизмы, далее сенестопатические и, наконец, кинестетические. Но подобная последовательность развития психических автоматизмов не является обязательной.

Читать еще:  Аутист симптомы у ребенка

В структуру галлюцинаторно-параноидного синдрома Кандинского— Клерамбо входят также псевдогаллюцинации —зрительные, слуховые, обонятельные, вкусовые, тактильные, висцеральные, кинестетические обманы восприятия, отличаемые больными от реальных объектов и имеющие характер сделанности. К зрительным псевдогаллюцинациям относят сделанные видения: образы, лица, панорамические картины, которые показывают больному, как правило, его преследователи при помощи тех или иных аппаратов. Слуховые псевдогаллюцинации — шумы, слова, фразы, передаваемые больному по радио, через различную аппаратуру; они могут доноситься извне или локализоваться в голове, теле; иметь императивный и комментирующий характер, принадлежать знакомым и незнакомым лицам, быть мужскими, женскими, детскими. Обонятельные, вкусовые, тактильные, висцеральные псевдогаллюцинации также имеют характер сделанности.

В зависимости от превалирования в клинической картине галлюцинаторно-бредового синдрома галлюцинаторных или бредовых расстройств выделяют галлюцинаторный и бредовой варианты описываемого синдрома. О галлюцинаторном варианте говорят в случаях преобладания в картине состояния псевдогаллюцинаций, сравнительно незначительного удельного веса бредовых расстройств и собственно явлений психического автоматизма. Если в статусе больного на первый план выступают бредовые идеи преследования и воздействия, психические автоматизмы, а псевдогаллюцинаторные расстройства отсутствуют или выражены минимально, то состояние определяют как бредовой вариант галлюцинаторно-параноидного синдрома.

Возможно развитие и так называемого инвертированного варианта синдрома Кандинского—Клерамбо, суть которого заключается в том, что сам больной якобы обладает способностью воздействовать на окружающих, узнавать их мысли, влиять на их настроение, ощущения, поступки. Эти явления обычно сочетаются с идеями переоценки своей личности или бредовыми идеями величия и наблюдаются в картине парафрений.

Галлюцинаторно-параноидные синдромы могут развиваться остро или становятся хроническими. Остро развивающиеся галлюцинаторно-параноидные синдромы отличаются большой чувственностью бредовых расстройств и отсутствием тенденции последних к систематизации, достаточной выраженностью всех типов психических автоматизмов, аффектом страха и тревоги, растерянностью, мигрирующими кататоническими расстройствами. При хронических галлюцинаторно-параноидных состояниях отсутствуют растерянность, яркость аффекта, имеется систематизация или (при развитии обильных псевдогаллюцинаций) склонность к систематизации бредовых расстройств. Явления психического автоматизма возникают не одномоментно, а в определенной последовательности: идеаторные, сенестопатические, кинестетические. На высоте такого состояния возможна бредовая деперсонализация (явления отчуждения).

Психические автоматизмы это

По справедливому выражению Груле — тот психопатологический феномен, который французские психиатры называют психическим автоматизмом, есть ничто иное как расстройство «сознания я». Клерамбо указывает, что психический автоматизм и деперсонализация не только могут сосуществовать вместе в известной степени, но и имеют тенденцию взаимно исключать друг друга.

Нужно полагать, что деперсонализация, психическое отчуждение, составляет ядро и входит в состав более широкой группы расстройства «я — сознания», или психического автоматизма.

Проблема психического автоматизма как психологическое понятие уже с давних пор изучается психологам» и философами. В области психиатрии во Франции это понятие существует со времени зарождения учения о хроническом галлюцинаторном психозе, который, по мнению Дид, явился французской реакцией против крепелиновской теории.

В 1895 году Сегла выделил систематизированный бред некоторых больных. Через несколько лет Маньян опубликовал два подобных случая; еще позднее Сегла совместно с Котаром опубликовал еще два случая.

В 1910 году Дид и Кассио на заседании научного общества признали важное значение работы Сегла и продемонстрировали несколько своих случаев. Они высказали мысль, что остатки кортикальных очагов от инфекций и интоксикаций объясняют галлюцинации автономного вида.

Термин—галлюциноз был взят из русских работ Суханова и Лапинского, а термин—хронический галлюциноз стал применяться только для очень длительного бреда Галлюцинаторный процесс расценивался как автоматический механизм. Были вновь усвоены устаревшие концепции Шарко, и этой теории была придана неврологическая внешность.

Еще в 1905 году была опубликована работа Клерамбо по данному вопросу, однако окончательное оформление своей точки зрения Клерамбо дал в работе в 1920 году. Неврологическая концепция Клерамбо вызвала среди французских психиатров ожесточенные споры.

Синдром психического автоматизма, названный именем Клерамбо, имеет своих исторических предшественников: еще Байарже выделил особого рода галлюцинаторные состояния, которые он назвал психическими галлюцинациями.

Кандинский в своей превосходной работе дал классическое описание псевдогаллюцинаций.

Сегла описал психомоторные словесные галлюцинации в трех разновидностях: 1) простые словеснокинетические галлюцинации, при которых больной получает мнимое восприятие произношения слов без видимых соответствующих движений; 2) словеснодвигательные галлюцинации, сопровождающиеся речевыми движения ми; 3) словесные импульсы, сочетающиеся с действительным речевым процессом. Автор считал, что в основе психомоторных галлюцинаций лежит автоматизация двигательных компонентов внутренней речи.

Клерамбо, которого Гейер считает учителем современной психиатрии, по мнению Р. Бейли, действительно является наиболее оригинальной и колоритной фигурой психиатрического мира во Франции. К сожалению, его взгляды систематически не изложены, а разбросаны в различных статьях. Интерес его учения лежит в том, что он утверждает общее происхождение симптомов автоматизма как органическое поражение центральной нервной системы и как основной фактор провокации многих система газированных психозов.

Клерамбо в построении своей концепции опирался на взгляды Сегла Он различает три вида психического автоматизма: двигательный, чувствительный и высший психический, или идеословесный. Основным клиническим симптомом в этих состояниях служит субъективное переживание пациентами, как не принадлежащее и собственной личности.

Автор настаивает на аффективной нейтральности, атематичности, безыдейности этих феноменов при их возникновении. Эти безыдейные и атематичные, лишенные определенного смысла нарушения выступают в виде игры слов, бессмыслицы, передразнивания, насильствен ного мышления, идеорреи, ложных узнаваний, нелепых побуждений, остановки, пустоты мыслей и чувства растерянности.

Особенно важное значение автор придает явлениям эхо-мыслей. Возникновение бредовых идей обусловливается реакцией интеллекта и эффективности (которая остается относительно интактной) на феномены психического автоматизма, которые появляются спонтанно и удивляют пациента в период нейтральной эффективности. Для того, чтобы развился бред преследования на основе душевного автоматизма, необходимо, чтобы субъект имел (Предрасположение к параноидности в характере в течение очень долгого времени.

Термин автоматизм Клерамбо понимает в том смысле, что соответствующие мозговые центры функционируют под влиянием патологического раздражения, вызываемого остатком давнего поражения мозга — инфекционного, токсического, травматического и эндокринного.

К точке зрения Клерамбо примыкают Лениель-Лавастин, Гейер, Лотр, Миньяр и другие. По мнению Гейера, психический автоматизм! образует все типы известных галлюцинаций и более понятен, чем термин галлюцинация. Больной мозг производит автоматически мысль, которая объективируется и более не узнается субъектом.

Автор сравнивает эту проекцию во вне с иллюзиями ампутированных. Между чувством ампутированных и объективацией мысли существует масса переходов так же, как между простым ощущением и абстрактной мыслью математика. Эта теория не имеет анатомического подтверждения, но имеется масса клинического материала.

Лениель-Лавастин указывает, что понятие психического автоматизма ясно определяется потерей психофизического равновесия, что различными авторами понимается по различному. Ядро понятия психического автоматизма можно определить как «похищение мысли» Можно думать, что это чувство, которое часто является основой бреда преследования, есть выражение параноидного характера личности. Теперь это понимается как выражение шизоидного характера.

Симптом этот объясняется физиологически в смысле взгляда Джексона о гиперактивности подчиненных (нижележащих) центров и недостаточности руководящих (вышележащих) центров. В основе их лежат токсические причины.

По мнению Сильвейра Аннибал, психический автоматизм не всегда очевиден ори галлюцинаторных психозах, потому что он проявляется всегда слабее галлюцинаций и обычно появляется раньше чем галлюцинации.

Взгляды Клерамбо встретили резкие возражения со стороны ряда крупных психиатров и вызвали ожесточенные споры, особенно проявились они на Конгрессе в Блуа в 1927 году.

Клод восстает против теории Клерамбо, которая не согласуется с очевидными фактами при органических церебральных поражениях. Автор, работавший в течение многих лет в русле биологических концепций, высказывается против поспешных обобщений: нужно ставить на фактической почве и строить свои концепции на точных клинических и биологических фактах. Клинические данные показывают в отношении психического автоматизма, что болезнь появляется в результате забот, переживаний морального характера, изменений аффективного тонуса; искать эти нарушения приходится в отдаленном прошлом, и речь идет об оживании чувств вытесненных Автор настаивает на значении аффективности в происхождении психического автоматизма.

Энар выступает против картезианских взглядов сто ройников механицизма и утверждает, что аффективная психология — это наука будущего. Аффективные моменты являются основой возникновения психического автоматизма.

Эй при изучении психомоторных галлюцинаций — тайной речи, внушенной речи и внутреннего голоса — делит их на две группы: 1) когда сознание участия «я» имеется в наличии (навязчивое явление) и 2) когда со знание участия «я» не возникает (феномен чуждости). Автор выступает против механистического объяснения этих явлений. Они же являются простым выделением со стояний возбуждения известных мозговых центром. Прежде всего у каждого больного имеется совершенно ясное сознание болезненности.

Основное для этих патологических состояний — это чувство влияния и автоматизма, которые сходятся с ми-ми. Эти чувства принадлежат к глубоким слоям личности, которые могут возникать, с одной стороны, благодаря биопроцессуальным, а с другой стороны—благодаря аффективным влияниям на высшие сферы. Этот феномен автоматизма находится в постоянной внутренней связи с бредовым синдромом.

По мнению Гиро, психический автоматизм нужно считать результатом действия патологического возбуждения в различных мозговых зонах. Значительное место должно быть отведено новообразованию патологической аффективности. Работы Гэда и других показывают главную роль зрительного бугра в аффективной активации наших мыслей и перцепций. Экспериментальное изучение интоксикаций мескалином воспроизводит симптомы гипер- и гипофункции таламуса; при хроническом бреде — аналогичные аффективные состояния, а именно: явления неинтегрированного беспокойства.

Лепин возражает против исключительно органического объяснения психического автоматизма. Нужно изучать и органическую и (психологическую точки зрения. Он настаивает на этиологическом значении эмоций, в частности, страха.

Наиболее решительным противником механистического объяснения психического автоматизма является Серье Он неоднократно выступал против взглядов Клерамбо и Гейера и в печати, и на Конгрессе в Блуа и подчеркивал идеогенные моменты в возникновении психического автоматизма. «Душевные заболевания,— говорит автор,— не могут) быть поставлены на одну линию с телесными, так как а них участвует нечто важное, которое там отсутствует — душа».

«Можно сильно размешивать материю, ее можно подвергать многим превращениям/, но никогда из этого не может возникнуть нематериальное — мысль, ощущение, сознание. Теории Клерамбо и Гейера ведут назад к механистической, автоматической, ассоциационной психологии, искусственно изолирующей психические элементы».

Автор считает, что этот вид психологии преодолевается благодаря учению Бергсона, которое выясняет, что психическое целое не может быть понимаемо как сумма частей. В каждом психическом состоянии находит себе выражение целостная личность; она интуитивно охватывает задание. Чувство автоматизма имеет в качестве причины изменение активности и аффективности вследствие механизма аффективного контраста, в основе которого лежит расщепление «я».

Читать еще:  Может ли быть бессонница при беременности

Серье, указывая, что Клерамбо занимается патанатомией, гистологией и этиологией психического автоматизма, задает вопрос: какая же часть мозга поражается? Клерамбо говорит, что галлюцинации должны иметь происхождением зоны из наиболее высоких, где находится место представления «я».

Серье, на это возражая, говорит, что он не знает такого центра; это похоже «а центр души Возможно, что он думает о подкорковых узлах. Серье отказывается полностью признать, что часть мозга может вызвать при известных обстоятельствах мысль, которая объективируется и проецируется вовне и не принадлежит к психическому единству больного. Гипотеза о том, что одна часть мозга соответствует здоровой мысли, а другая — больной мысли, не является новой. Эта теория очень стара. Об этом писал в 1834 году Лере и в дальнейшем Дюмонпелье, Маньян и Берилон.

Целый ряд французских психологов и психиатров понятие психического автоматизма трактует очень широко, рассматривая его как основу всей. психической деятельности личности. Так, Лениель-Лавастин пишет, что психический автоматизм, взятый в широком смысле, охватывает почти всю психиатрию, потому что, по определению Жане, психический автоматизм соответствует всей человеческой деятельности в ее наиболее простых формах. Он составляет часть нормальной психологии. Со гласно мнению Клода Бернара, у здорового господствуют те же законы, что у больного.

Нейрак в своем выступлении на Конгрессе в Блуа вскользь указывает на философское понимание автоматизма, связанное с проблемой свободы выбора и детерминизма. Затем он различает два вида автоматизма.

Первый вид — психологический автоматизм, который соответствует пониманию Жане он обозначает собрание ассоциаций и процесс психической переработки, возникшей спонтанно, без прямого вмешательства обдуманного действия и определенного смысла. Этот вид психического автоматизма является одним из главных элементов психической жизни; он играет главную роль в нашем профессиональном автоматизме во всех явлениях, которые носят характер спонтанности. Здесь речь идет о нормальном физиологическом автоматизме.

Второй вид психического автоматизма — это патологический автоматизм, который состоит в автоматическом функционировании некоторых мозговых центров при отсутствии возбуждений, которые нормально должны пускать их в ход или разобщать их действие. Этот автоматизм часто выявляется в сенсорной сфере, когда больной испытывает ощущения без раздражения периферических рецепторных аппаратов. Затем выявляется в моторной сфере (моторный автоматизм), и, наконец, существует высший, или психический автоматизм. Эти виды автоматизма изучены Сегла и Клерамбо.

Дид в своих работах также исходит из указанных Нейраком двух видов автоматизма. Нормальный психо логический автоматизм, по его мнению, вытекает из тенденции ограничения, подчинения или воспитания личности, которое приводит к организованной. привычке, оно переходит потом в подсознательную сферу.

Данное явление нужно отличать от инстинкта и рефлексов, и следует сблизить с условными рефлексами Павлова. Эти автоматизмы вытекают как результат подавления индивида коллективом.

Нормальное существо так ориентирует свои автоматизмы, чтобы испытывать малые усилия во взаимоотношениях с окружающей средой. Душевно больной систематизирует свои автоматизмы по отношению к себе. Но если результаты между нормой и патологией разные, то механизм остается один и тот же и соответствует принципу наименьшего усилия в данной системе.

Далее Дид переходит к критике механистического понимания автоматизмов и подчеркивает опасность чисто неврологического определения. Как можно предположить, что психомоторные феномены — ментизм, амбивалентность, стереотипии могут быть объяснены пуском в примитивную игру центров. Это непостижимо. Еще более абсурдно, когда таким же путем пытаются объяснить процессы, захватывающие весь психический синтез. Ни один из этих симптомов не является первичным и, хотя они ускользают от воли субъекта, это вовсе не значит, что они зависят от спонтанного возбуждения центров Локализация возбуждения становится невозможной, так как психический процесс генерализуется.

Наконец следую упомянуть о взглядах Блонделя. Автор считает, что вся наша интеллектуальная деятельность подвержена автоматизму. Это выражается во всем, во всех суждениях. Наша многогранная деятельность есть также автоматизм. Все интеллектуальные операции, даже самые высокие, являются автоматическими Без автоматизма не может быть никакого прогресса ни в какой области — ни в моторной, ни в интеллектуальной, ни в моральной, потому что тогда все время приходилось бы исходить из нуля и жизнь была бы постоянно повторяющимся началом.

Психический автоматизм

Синдром психического автоматизма или галлюцинаторно-параноидный синдром (синдром Кандинского-Клерамбо) отличается достаточной определенностью и, по-видимому, является одним из немногих синдромов, достаточно специфичных для шизофрении.

Этот синдром впервые описал русский психиатр В.Х. Кандинский в 1888 г.

В литературе, посвященной психиатрии, также встречается описание так называемого симптома Кандинского, выражающегося в приступообразной головной боли с ощущением изменения «почвы под ногами», изменения положения в пространстве, чувстве невесомости. Симптом Кандинского можно обнаружить на начальном этапе развития шизофрении, особенно во время первого эпизода психоза, где он нередко сочетается с феноменом «остановки мыслей». В возникновении симптома Кандинского, по-видимому, существенную роль играют расстройства вегетативной нервной симстемы и вестибулярные нарушения (Стойменов Й.А. с соавт., 2003).

Достаточно подробно спустя почти сорок лет после В.Х. Кандинского «синдром S» изучил G. Clerambo (1927), основываясь на собственных наблюдениях и описаниях других психиатров, включая В.Х. Кандинского.

G. Clerambo (1942) полагал, что синдром психического автоматизма характерен для шизофрении.

Одни психиатры и сегодня уверены, что психический автоматизм даже более типичен для этого заболевания, чем первичные или негативные симптомы. Это нашло отражение в диагностических критериях международной классификации болезней (МКБ —10), другие полагают, что он может встречаться при некоторых органических и интоксикационных психозах. Последнее предположение,на наш взляд, обусловлено нечеткостью границ шизофрении, размытостью ее нозологических очертаний, а возможно, и фрагментарностью, неспецифичностью патологического процесса, обозначаемого термином «шизофрения».

При проявлениях психического автоматизма необходимо обратиться к психиатру

В начальном периоде формирования синдрома личность больного подчинена переживаниям, имеющим аморфную структуру. Однако в этой структуре можно разглядеть определенные психопатологические симптомы, которые образуют синдром психического автоматизма.

По мнению большинства французских психиатров, в синдром психического автоматизма входят сенсорные или сенситивные симптомы (галлюцинации или «комментирующие голоса», «голоса в форме диалога»), моторные изменения (двигательные, идеомоторные автоматизмы), волевые, аффективные и высшие (нарушения «Я») автоматизмы.

В настоящее время синдром психического автоматизма характеризуется тремя компонентами: идеаторным («внушение мыслей», «извлечение мыслей», «открытость мыслей» и пр.), включающим в себя как псевдогаллюцинации, так и близкие к ним психопатологические феномены (галлюцинации Байарже); сенсорным или чувственным, проявляющимся насильственным переживанием чуждых личности эмоций или более грубыми сенсорными переживаниями в виде сенестопатий и соматических галлюцинаций; двигательным или моторным вариантом с насильственными, нередко навязчивыми действиями.

В справочнике практического врача А.Г. Гофман и П.А. Понизовский (2006), также как и большинство отечественных психиатров, включают в галлюцинаторно-параноидный синдром психические автоматизмы, псевдогаллюцинации, бред преследования и воздействия.

Идеаторные (ассоциативные) автоматизмы обычно касаются изменения процессов мышления и памяти, сопровождаясь чувством отчуждения и насильственности. Пациенты часто характеризуют эти переживания, как «наплывы (ментизмы), остановки (шперрунги), вкладывание и чтение мыслей», «разматывание воспоминаний» (больного насильственно заставляют вспоминать различные события из прошлого), «заполнение образами». «Эхо собственных мыслей», их отнятие, предугадывание, вкладывание — и все это проявления синдрома психического автоматизма. С больным как бы происходит «чудесная перемена», которую нередко он принимает с восхищением и удивлением или тревогой и страхом, чувством растерянности и недоумения.

К идеаторным автоматизмам некоторые психиатры относят и «сделанные чувства».

Важно подчеркнуть, что симптомы идеаторного автоматизма облечены в стержневое ощущение того, что они «сделаны». У больного возникает переживание чуждости собственного мышления: «мысли открыты для других, известны окружающим», «люди похищают идеи», «вкладывают свои мысли». Эта точка зрения находит подтверждение в поведении и высказываниях окружающих лиц, в «повторении мыслей вслух», «звучании собственных мыслей». В ряде случаев пациенты говорят о «сделанных сновидениях», которым они придают важное значение.

Сенсорные или сенестопатические автоматизмы характеризуются различными тягостными телесными ощущениями, которые больные интерпретируют как вызванные специально. Подобные ощущения могут иметь ту или иную локализацию, при этом часто бывая достаточно вычурными сенестопатиями («переливы», «задержки», «выкручивания», «разжижения» и др.). «Сделанными» могут оказаться и болевые ощущения, парестезии, алгии. Сенсорный автоматизм может вырастать из ипохондрического бреда или, напротив, формироваться на основе бредовых убеждений. Для женщин, больных шизофренией, достаточно типичны сенсорные автоматизмы, локализованные в области гениталий.

Кинестетический или моторный автоматизм проявляется уверенностью пациентов, что их движения, включая сложные двигательные акты, навязаны извне, отчуждены.

К «речедвигательным автоматизмам» относят феномены насильственной речи («речедвигательные галлюцинации») (Seglas J., 1888), письма, кинестетические, вербальные и графические галлюцинации.

В динамике развития синдрома вслед за идеаторными следуют сенестопатические и кинестетические автоматизмы (Гофман А.Г., Понизовский П.А., 2006).

Синдром психического автоматизма, по словам А.М. Халецкого (1962) характеризуется особой утратой инициативы, при этом «Я» больного как бы «вписано маленьким кружком в большой круг новой паразитической личности», в ситуацию всеобщего символического значения.

Детальное изучение синдрома психического автоматизма показало, что его сопровождает особое переживание открытости, чувство внутреннего изменения, обновления, обогащения, нового познания и даже предназначения, феномены присвоения и отчуждения.

Для синдрома психического автоматизма характерно ощущение «пассивности», когда больным кажется, что их мысли, эмоции, действия вызваны не ими самими, а навязаны извне. Больной уверен, что на него различными способами оказывают воздействие. Здесь можно говорить о нарушение способности отождествлять свои собственные действия.

Синдром психического автоматизма может оставаться периферическим по отношению к «Я», к чувству собственной активности и может быть тотальным, когда больной все свои чувства, мысли, движения считает принадлежащим, другому существу.

При шизофрении во многих психопатологических образованиях (бред, навязчивые состояния, псевдогаллюцинации и др.) можно обнаружить признаки психического автоматизма.

Некоторые отечественные психиатры выделяют отдельные варианты синдрома: бредовой вариант галлюцинаторно-параноидного синдрома с доминированием в клинической картине бреда воздействия, галлюцианторный-преобладание псевдогаллюцинаций, инвертированный вариант, характеризующийся убежденностью больных в своей способности читать мысли окружающих, внушать им свои мысли, изменять их поведение, оказывать влияние на различные события и объекты.

Галлюцинаторно-параноидный синдром может быть в структуре острого эпизода шизофрении, в этом случае характеризуясь чувственным бредом преследования, аффектами страха и растерянности, нередко включая в себя псевдогаллюцинации и рудиментарно выраженные симптомы кататонии. Хронический галлюцинаторно-параноидный синдром несет в себе тенденцию к систематизации бреда, при этом яркие аффективные переживания блекнут и могут отсутствовать. По мере течения шизофрении возможен перенос собственных переживаний пациентов на окружающих и инверсия бреда: больной уже сам воздействует на окружающих, «вкладывает им мысли».

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector